Юрий медведев.

Иначе инновации в россии могут оказаться очередной кампанией.

У россии просто нет иного выхода - она обязана совершить поворот от экономики трубы к экономике знаний. Эти заклинания звучат уже не первый год. И вот, кажется, появился шанс, что слова превратятся в дела. С подачи президента в сфере инноваций наблюдается явное оживление. Во всяком случае почти каждый регион срочно обзаводится инновационным центром. Не хотелось бы, чтобы этот порыв обернулся очередной кампанией. О проблемах, стоящих на пути науки в экономику знаний, рассказывает один из организаторов инновационно-технологического центра российской академии наук, директор института проблем химической физики, член-корреспондент ран сергей алдошин.

- Накануне одной из встреч руководства академии с президентом владимиром путиным в научной среде бурно обсуждали, как должна звучать единственная, самая насущная просьба ученых к главе государства. Знаю, что многие настаивали: просьба должна быть только одна: чтобы не мешали! не слишком ли опрометчиво при нынешнем состоянии науки?

- все было не совсем так, но, по сути, верно. Да, я уверен, что у академической науки есть все, чтобы успешно развиваться. Надо лишь снять с нее путы, не позволяющие на законных основаниях (подчеркиваю, законных!) реализовывать свой потенциал.

Вопрос первый - интеллектуальная собственность. Здесь творится полная неразбериха. С одной стороны, патенты принадлежат институтам, институты вроде бы имеют право коммерциализировать свои разработки. С другой - государством делаются попытки забрать права на интеллектуальную собственность. К примеру, появилось несколько постановлений правительства, противоречащих друг другу и патентному закону.

- Если попросту, государство говорит: хотя патент ваш, но работа выполнена на мои деньги. Значит, хозяин - я.

- Да. Эту ошибку когда-то совершили американцы, отдав в руки государства право на результаты научных разработок. Итог? ноль инвестиций в наукоемкие области. Быстро одумавшись, государство оставило за собой лишь военные разработки, а также "гражданку", которую само собирается дофинансировать и использовать в национальных интересах. Право и обязанность коммерциализации остальных разработок остается за университетами. Но с условием: они обязаны получить коммерческий результат в течение определенного времени. Иначе работа вернется в портфель государства.

Подобная система необходима и нам. Иначе вместо инноваций получим бесконечные разговоры. Того, кто намерен вложить свои кровные в научную разработку, интересует один вопрос: кому она принадлежит. Государству? до свидания. Словом, требуется четкий документ, который я могу предъявить инвестору: государство, например, в лице минпромнауки передало институту полное право на коммерциализацию данной разработки. Все!

- итак, государство должно иметь четко прописанные правила игры с владельцами патентов. Кстати, до сих пор не принят закон об инновационной деятельности.

- Да. Аналогичная ситуация с академической недвижимостью. Это вторая проблема, сдерживающая инновации. Хотя в последнее время произошел определенный сдвиг - собственность передана академии в оперативное управление. Разрешено сдавать ее в аренду, но это опять полумера. Почему? предположим, мы создаем малое предприятие, которое хочет выпускать наукоемкую продукцию. Ему надо встать на ноги, а мы не можем дать ему льготы по аренде, ставим его в один ряд с обычными коммерческими фирмами. Во всем мире инновационные фирмы имеют льготы, у нас - нет.

И наконец, третий вопрос - земля, которая находится у академии в бессрочном безвозмездном пользовании. После вступления в силу закона "о плате за землю" в 1992 году нас обязали за все площади, где не ведется научная деятельность, платить налог. И одновременно земельный кодекс запрещает нам сдавать землю в аренду. Но представьте, что инвестор намеревается построить на земле академии производство, в основе которого - наша научная разработка. Нельзя, и даже аренда запрещена. На наших землях мы не можем совместно с инвестором строить жилье для наших сотрудников.

Я назвал всего три ключевых вопроса, которые надо срочно решать, чтобы снять путы с инновационной деятельности. А есть еще множество, может, не таких принципиальных проблем, но сдерживающих процесс. Вы удивитесь, но до сих пор нет однозначного определения, что такое "ноу-хау" - объект интеллектуальной собственности или нет. Или налоговики стали требовать - ставьте ее на баланс. Но как - никто толком не знает.

- Все это неудивительно. Ведь сама коммерциализация науки - дело для ученых совершенно новое. Чтобы обрести опыт, и создан в конце прошлого года инновационно-технологический центр российской академии наук. Интересно, кстати, узнать, решает коммерция проблему утечки мозгов или нет?

- за пятнадцать лет из нашего института проблем химической физики уехали около 120 научных сотрудников. Вроде немного, но это самые лучшие и перспективные. За последние годы отток уменьшился. И во многом благодаря инновационной деятельности. Ученые увидели, что можно хорошо зарабатывать и на родине.

Какие основные уроки мы извлекли, набив немало шишек? самый сложный и тонкий вопрос - взаимоотношения института с автором. Его понять можно: в его руках перспективная идея, вокруг вьются коммерсанты из-за рубежа. Обольщают пусть и мизерными по мировым меркам суммами, но для россиянина это почти богатство. И сегодня! так вот, надо было переубедить, что, во-первых, намного выгоднее продавать не идею, не интеллектуальное "сырье", а то, что принято называть товаром. Цена возрастает многократно. В случае успеха доля автора достигает 20-30 процентов от прибыли. По мировым меркам сумма очень приличная, но мы на это идем. Надо было завоевать доверие авторов.

Сейчас после принятия трудового кодекса между институтом и вновь принимаемым на работу сотрудником заключается договор, в котором оговариваются в том числе и вопросы интеллектуальной собственности. Например, сотрудник обязуется не конкурировать с собственным институтом.

- А это возможно?

- конечно, ведь у нас совместительство не запрещено. Так вот, хочешь работать на стороне - пожалуйста, но не по той же теме. И еще. Сотрудник обязуется преждевременно не разглашать информацию о своей работе. В институте разработано положение о сведениях, охраняемых в режиме служебной и коммерческой тайны.

Очень важно, чтобы все разработки, созданные в институте, проходили технологический аудит. Для такой работы нужны профессионалы-менеджеры. Таких специалистов мы готовим из числа своих сотрудников. Вначале разработчики относились к ним свысока. Что, мол, поймет в сложной разработке какой-то менеджер. Поняли. И главное - сумели сложный для понимания инвесторов товар обернуть в привлекательные обертки.

Кстати, именно менеджеры помогли навести порядок в нашем интеллектуальном хозяйстве. Выяснились интересные вещи: разработки, которые считались перспективными, рынок не интересуют. И, наоборот, надо коммерциализировать идеи, которые вроде выглядели "гадким утенком". Словом, механизм вовлечения научных разработок в коммерческую деятельность, превращение их в товар, предстоит создать и отработать, в частности, и в нашем центре.

Беседовал

юрий медведев. //Источник информации: российская газета //дата источника: 05.03.2003