недоверие преодолевать очень тяжело.

Из государств ближнего к россии зарубежья одним из первых начал реформировать свою пенсионную систему казахстан. Результат не замедлил сказаться. Запустив накопительную систему в 1997 году, сейчас казахстанцы имеют на своих пенсионных счетах тысячи "условных единиц". Опытом проведения реформы постсоветской пенсионной системы председатель национального банка казахстана григорий марченко поделился с обозревателем "финансовых известий" игорем моисеевым.

- Национальный банк казахстана в свое время приложил немало усилий для создания в казахстане накопительной пенсионной системы. Поэтому интересно узнать, как вы относитесь к российским попыткам ввести накопительные пенсии?

- я считаю, что в любом случае это промежуточный вариант. Существуют расчеты, сделанные давным-давно: для того чтобы человек мог накопить деньги в накопительной пенсионной системе, он или она должны отчислять минимум 8% от своей зарплаты. У нас в казахстане - 10%, и эта цифра является оптимальной. То, что в россии сделали накопительную часть равной 2%, ничего не решает. Это значит, что на всю оставшуюся жизнь и в далекой перспективе основной остается солидарная пенсия со всеми вытекающими отсюда рисками. Так как демографическая пирамида сейчас перевернута, на каком-то этапе возникнет ситуация, когда текущих взносов плюс накопления, которые есть в солидарном пенсионном фонде, не будет хватать на текущие выплаты. Тогда государство должно будет доплачивать из бюджета. У нас другая ситуация - солидарная система объективно обанкротилась еще в 1997 году. Поэтому мы создали накопительную. Этот шаг можно назвать вынужденным. Но получилось все очень удачно.

- Каких подводных камней нужно опасаться при выходе пенсионных денег на фондовый рынок? как это было в вашем случае?

- у нас жесткие требования. В том смысле, что если кто из корпоративных эмитентов хочет привлекать пенсионные деньги, то до 50% своих активов они могут вкладывать в корпоративные ценные бумаги казахстанских эмитентов, до 30% вкладывать за границей (10% в облигации международных финансовых организациях, 10% в бумаги с рейтингом "а" и 10% - "аа"). Но если казахстанский эмитент хочет привлечь пенсионные деньги, то ему прежде всего нужно перейти на международные стандарты бухучета, провести аудит по международным стандартам и войти в листинг "а" на фондовой бирже в казахстане. Это дополнительная задача улучшения корпоративного управления. Хочешь привлекать пенсионные деньги или деньги институциональных инвесторов - пожалуйста. В одних пенсионных фондах у нас сосредоточено $1,8 млрд. Но для этого нужно сделать то-то и то-то. У нас первые три года после введения накопительной системы эмитенты старательно пытались пробить снижение листинговых требований. А мы им так же старательно объясняли, почему это невозможно. Кончилось все тем, что все они начали соответствовать. Сейчас в листинге "а" находится 14 компаний и банков, и у нас резко пошел вверх рынок корпоративных облигаций: их в обращении находится где-то на $600 млн. Это около 2,5% ввп, что совсем неплохо, - по этому показателю мы занимаем первое место на постсоветском пространстве. Сейчас даже иностранные инвесторы начали размещаться на внутреннем рынке.

- Вы советуете населению переводить деньги в частные фонды?

- я не знаю российские нпф, мне здесь трудно советовать. В казахстане система регулируется жестко. Российский рынок, конечно, намного больше, экономика крупнее, но я все равно считаю, что добровольные фонды принципиального значения не имеют. Есть и еще один момент, о чем мы долго спорили и который внедрили только в этом году. Это профессиональные схемы. Есть так называемые представители опасных профессий. Они все говорят, что не могут выходить на пенсию в 60 лет, - надо раньше. Пожалуйста. Но для этого ты должен отчислять больше через добровольные отчисления, а твой работодатель должен тебе отчислять больше. То есть лучше людям не платить зарплату в 500 долларов, а платить им, допустим, 450, а 50 долларов в месяц отчислять. И тогда человек сможет уйти на пенсию в 55 лет. И получать нормальные деньги за счет совокупных выплат за счет добровольных и профессиональных схем. То есть если в россии сейчас 2% идет на накопительные схемы, то к ним хотя бы нужно добавить профессиональные. Но это профсоюзы должны работать с работодателями. Если для них самое главное - защита человека, они и должны сказать: давайте с вами договариваться. Вы повышаете уровень оплаты труда, но не выплачиваете эту сумму на руки, а увеличиваете корпоративные отчисления в пенсионные фонды.

- Это сложно. Политикам нужен почти немедленный результат, а в этом случае отдача появится лет через 20.

- Да, политический результат будет через 20 лет. Но зато сейчас в чили, где самые разные спектры - от крайне правых до крайне левых - нет ни одной партии, которая бы сказала что-нибудь против накопительной пенсионной системы. Потому что в ней находится 60% населения, и каждый человек знает, сколько у него там денег. Если кто-то выйдет и скажет: "я хочу это дело отменить", - так за него голосовать никто не будет. Но они к этому тоже шли достаточно долго.

- Это то, чего нам не хватает: взгляда в перспективу.

- У нас тоже первые два-три года все ругались. Подавляющее большинство журналистов и граждан не понимали этого и не хотели понимать. Говорили: "деньги забрали, все равно отнимут". Сейчас пошел шестой год, и чисто психологически люди понимают, что у каждого есть своя сумма. Для кого-то это 1000 долларов, для кого-то - 10 тысяч, а для кого-то - 30 тысяч. Когда человек видит, что у него эта сумма накопилась, деньги никуда не пропали, ему каждый квартал приносят выписку, то начинаются уже другие вещи. Уже граждане начали обманывать систему: делают фальшивый выезд в россию, а сами никуда не уезжают.

- Как это возможно?

- подкупают работников иммиграционной полиции, им дают фальшивую справку, и они забирают деньги из накопительного пенсионного фонда. А это прямое административное нарушение. Ко мне тоже регулярно кто-то приходит и говорит: "у меня вот такая сумма, ты скажи, как эти деньги вытащить, а то я боюсь уже". У меня у самого уже 45 тысяч долларов на пенсионном счете. Вот и все. То есть если я буду уходить на пенсию и наше родное государство не сможет выплачивать солидарную пенсию, то я ему прощу, потому что у меня на накопительном пенсионном счете вполне достаточно денег, чтобы получать пенсию в районе 300 долларов в месяц. Мне государство никогда такой пенсии из солидарной системы не заплатит в ближайшие 30 лет.

- Люди уже научились просчитывать свои накопления?

- здесь вот в чем еще проблема. Никто из простого населения не понимает, что такое сложный процент. Они начинают считать: 40 лет, это соответственно 480 месяцев, перемножаю на 10% отчислений, получится вот столько, а это же совсем мало, и т.Д. Это неправильно. Если человек 40 лет в системе, то, что он туда перечислил, составляет всего 6% от общей суммы. А 94% - это инвестиционный доход. И то, что он насчитал, ему нужно увеличивать в 16 раз. Когда народу это говоришь, и они на 16 умножают, у них лицо вытягивается. Тогда они начинают говорить: "а я не верю, что я могу столько скопить, и даже если я скоплю, то столько мне не выплатят".

- Теперь поверили?

- думаю, что сейчас те, кто участвует в накопительной системе и регулярно платит, это поняли. У нас, например, 3 года назад было меньше 3 млн человек с индивидуальными и накопительными счетами. Сейчас - 5,4 млн. То есть рост объективно есть. Те, кто входил в систему с самого начала, - это всего 2 с небольшим миллиона человек. Эти люди уже все поняли и систему поддерживают. А в россии, поскольку процесс не начался, все сдвигается на 6 лет. Недоверие преодолевать очень тяжело. //Источник информации: известия (москва) //дата источника: 16.06.2003